22 мая 1999 "Автопортреты 200+1" Олег Хвостов

Автопортреты Олега Хвостова

От фамилии никуда не денешься. Разве что сменишь. Если разговор начинается с фамилии, то не закончится ли он тем же? Фамилия у человека одна. Бывает, правда, несколько. Прозвищ и псевдонимов тоже случается в избытке. Варианты перемены фамилии вызваны разными обстоятельствами, их нет смысла перечислять. Память народная все равно выберет одно из многого. Другое дело, какая-нибудь распространенная или редкая фамилия, что, впрочем, одно и то же, не имеет значения - ведь из тысячи Ивановых останется все равно один И в а н о в. Все это подтверждает забавные ономастические совпадения: в Политехе у меня учился студент Максим Грек, сейчас учится Петр Михайлович Еропкин, мой дед - Петр Ершов, а в классах школы бывает по три Некрасова, по несколько Поповых и т.д.

Выставка Олега Хвостова открылась эа 14 дней до дня рождения Александра Сергеевича Пушкина. Белинский считал, что Пушкин - совершенный русский человек, какой явится нам только лет через двести. А как же Хвостов? Я имею в виду - графа Дмитрия Ивановича, известного графомана и самиздателя многочисленных трудов.

"В истории русской литературы граф Хвостов приобрел широкую и громкую, но печальную известность: имя этого плодовитого, но бездарного стихотворца, сделавшееся притчей во языцех, стало нарицательным, связываясь с представлением о жалком маньяке, метромане". Вот так безжалостно расправляется с ним энциклопедия "Знаменитые русские люди XVIII - XIX веков». Сын Хвостова, как сообщается, не оставил потомства, умерев холостым. Род Хвостовых прервался...

Все это, конечно же, шутка, и вы поняли, что Олег Хвостов не имеет к тому никакого отношения. Однако же! Косноязычие, тавтология, как и яркие метроманические личности, которые с успехом разыгрывают карту русского дурака (где не поймешь - дурак или умный), стоят у истоков другой традиции. Обэриуты (Хармс, Введенский и Олейников) не зря избрали в свои предшественники Хвостова, Козьму Пруткова и капитана Лебядкина.

Олег Хвостов - тоже "метроман": вся стена галереи завешана двумястами автопортретами. Несмотря на кажущуюся экспрессивную легкость выделки, художника занимает качество, качество сделанной вещи. Взгляд у Олега очень цепкий, несколько царапающий, то есть не лишен иронии, юмора, как и преувеличения, педалирования, гротеска и сарказма. Но, в общем, взгляд добрый, в смысле, наивный. Самый большой свой автопортрет (пейзаж, холст, масло) он написал прямо на натуре, осенью в Таврическом саду. Это очень красивое полотно - спокойное и не пестрое по краскам. На нем изображены голые осенние деревья и жухлая трава с легкими белыми пятнами снега. Одна эта вещь противостоит на выставке тысячеглазой стене автопортретов. В них есть пугающее, даже несколько шокирующее откровение, наивный инфантилизм, корявый детский почерк, впрочем - с отточенной «каллиграфичностью» (ведь дети всегда рисуют хорошо одно и то же - то, что любят, знают, умеют). По описанию и на первый взгляд это все кажется давно знакомым и виденным. Однако каждый раз, когда сталкиваешься с работами, в которых что-то светится изнутри, которые удивляют не внешним набором форм, а, скорее, неизъяснимым напором недосказанного - это производит впечатление. В пачке рисунков Олега собрано всё: каждый набросок, зарисовка, часть непрерывного процесса внутреннего истового, даже несколько маниакального рисования.

"Голый человек на голой земле" - так говорят о Хвостове те, кто его знает как художника (очевидно, имея в виду то метафорическое значение этой фразы в отношении натур глубоких, естественных и не испорченных, одиноких и не совсем от мира сего). Впрочем, эта метафора соотносит наше представление не столько с образом самого художника, с его личностью, сколько, и в первую очередь, с его работами, в которых и можно распознать «взгляд ребенка, смотрящего на мир впервые». Он много рисует карандашом, пером, шариковой ручкой, фломастером, ничего не выбрасывает, ничем не разбрасывается. В наше время художник, который с фанатической одержимостью рисует автопортреты, ничем не отличается, например, от того, кто рисует одни пейзажи. Любой художник всегда, в принципе, делает одно и то же, бесконечное количество раз воспроизводя самого себя, особенно сегодня, когда единичность вещи противостоят серии, циклы, повторения, дублирования и т.д., что так любят современные художники. В истории искусства до смутного XX века Рембрандт, создавший более 100 автопортретов - редкость. Страсть художников к самозапечатлению всегда вызывает у зрителя интерес к загадочной персоне и легкое раздражение по поводу столь откровенного нарциссизма. Каков же автор, кто он - Олег Хвостов? -Молодой, коротко стриженый, с большими серыми глазами. Сформировавшийся художник с сильным энергетическим полем, исходящим от его работ.

Все же Хвостов - редкая фамилия, хотя и с давней репутацией. Можно спросить: это тот самый Хвостов? - нет, другой, совершенно другой.

Глеб Ершов

Продолжение